Но сопротивление его постепенно слабело, потому что ловилось в его мережки плохо -- лето перешло за середину, вода укатилась "в трубку", то есть межень наступила.
Рыба отваливала в прохладные глуби.
Ставить паромы дед не умел и не смог бы их один поставить.
Артель ему помогать не могла -- некогда, и дед начал делать крен в сторону озерного лова, а, как известно: "Телушка стоит полушку, да перевоз дорог" -- вытаскивать с озер рыбу по болотистому вертепу, да еще в пору самого лютого гнуса -- адова работа.
Но не все горе горевать и понапрасну ждать фарта -- случилась у деда удача.
Раззудил его на ту удачу опять же я, ничего, кроме добра, деду не желавший.
Справляя какое-нибудь дело на берегу, замечал я в тихую погоду на реке, за ближним каменистым мыском, движение и тень огромной рыбины, осторожно скользящую в глуби воды, пробитой закатным светом.
